- февраль 28, 2026
Казахстан: Диалог о трезвом будущем и культуре потребления
Культуролог Самир Серкебаев анализирует, как кочевая культура Казахстана повлияла на отсутствие устойчивых алкогольных традиций и объясняет, что современные антиалкогольные инициативы должны основываться на социальных и экономических изменениях, а не на запретах. Он подчеркивает, что эффективные меры должны включать создание альтернативных возможностей для населения, что позволит снизить потребление алкоголя и улучшить качество жизни.
Существуют два противоречивых утверждения о Казахстане: с одной стороны, отмечается рост бытового употребления алкоголя, приводящий к серьезным последствиям, включая преступность; с другой стороны, исторически Казахстан воспринимается как страна, где трезвость была нормой жизни.
Культуролог Самир Серкебаев предлагает более широкий взгляд на этот вопрос, анализируя его через призму истории, образа жизни и социальных изменений. Он объясняет, почему, по его мнению, Казахстан не развил устойчивую алкогольную культуру, как изменилась модель потребления спиртного с отходом от коллективизма и почему современные антиалкогольные инициативы не всегда приводят к ожидаемым результатам.
Кочевая культура и алкогольные традиции
Почему одни общества формируют устойчивые алкогольные традиции, а другие — нет? Можно ли отнести Казахстан ко второй категории?
Серкебаев утверждает, что ключ к пониманию этого вопроса находит в экономической истории. Культурные явления и традиции являются продолжением образа жизни, формируемого экономикой.
"Любые культурологические вопросы следует начинать с изучения особенностей экономической истории. Культурные явления и традиции — это прямое продолжение вашего образа жизни, который формируется, исходя из экономики".
Таким образом, то, что мы едим и пьем, как проводим досуг и какие ритуалы поддерживаем, не случайные привычки, а закономерности, вытекающие из того, как общество организует свое выживание и воспроизводство. Отношение к алкоголю в этой системе не является исключением.
Серкебаев связывает особенности потребления алкоголя с типом хозяйства. Он подчеркивает, что алкоголь требует оседлой экономики для производства. Для этого необходимо наличие ресурсов для хранения и переработки, а также сельское хозяйство для выращивания злаковых или виноградных культур. В условиях кочевого уклада, где казахи развивались на протяжении веков, такой возможности не было.
"Алкогольная продукция требует как раз-таки стационарной экономики, привязанной к конкретному месту. Если вы этим не занимаетесь, то вы просто физически не можете производить алкоголь. История показывает, что самые известные традиционные культуры, которые подарили миру алкоголь, — это культуры земледельческие", — указывает Серкебаев.
Кочевой образ жизни Казахстана требовал простоты и мобильности, что исключало возможность создания стационарных объектов для производства алкоголя. В итоге, алкоголь присутствовал в культуре лишь в заимствованном виде.
Язык как отражение культурных заимствований
Серкебаев также обращает внимание на язык, где алкогольная терминология во многом является заимствованной.
- Слово "арақ" (водка) имеет тюркское происхождение и связано с понятием "пот", что отражает физическое состояние, вызванное употреблением алкоголя.
- Аналогично, индейцы, впервые попробовав крепкий алкоголь, назвали его "огненная вода", что указывает на эмоциональную реакцию, а не на способ производства.
"Это смысл пробования продукта уже в готовом виде. В историческом прошлом эти народы получали напиток в готовом виде, и он был чем-то необычным", — объясняет культуролог.
Слово "спирт" в казахском языке также полностью заимствовано из русского, что подчеркивает недавнее взаимодействие с алкогольной культурой.
Таким образом, язык становится летописью, показывающей, что явление пришло извне. Казахстан не сформировался как центр производства алкогольной культуры, а скорее заимствовал ее элементы в процессе взаимодействия с другими экономическими системами.
Это также объясняет, почему антиалкогольные инициативы естественно вписываются в образ жизни общества.
"Если страна, в которой появляются попытки внедрения алкогольной культуры, исторически не склонна к его употреблению, то инициативы здорового образа жизни более естественно ложатся на текущий образ жизни", — подчеркивает эксперт.
Серкебаев также указывает на физиологические аспекты проблемы, отмечая, что народы, которые исторически не имели контакта с алкоголем, сталкиваются с трудностями в его переработке из-за низкой активности фермента алкогольдегидрогеназа.
Это делает употребление алкоголя физически некомфортным, что сдерживает его распространение.
Социальные нормы и концепция "ұят"
Культуролог рассматривает понятие "ұят" как механизм социальной регуляции поведения, а не как инструмент борьбы с алкоголем.
"Ұят — это прежде всего про достойное поведение и сохранение социального статуса внутри сообщества. Это не система запретов, а система ожиданий".
В восточной культуре, к которой относится Казахстан, существует феномен боязни "потерять лицо", что критически важно для поддержания внутрисемейных и внутриклановых связей.
"Когда у вас развиты социально-родственные связи, вам необходимо поддерживать определённый этикет и репутацию внутри этих образований", — отмечает Серкебаев.
Таким образом, "ұят" работает там, где не действуют государственные запреты, опираясь на желание сохранить уважение близких.
При этом рамки этого понятия шире, чем только вопрос трезвости. Оно поддерживает образ жизни, соответствующий социальным ожиданиям.
Культура "ұят" не делает употребление алкоголя абсолютным табу, однако проблема возникает, когда употребление выходит за рамки, разрушая репутацию человека.
Индустриализация и изменение алкогольной культуры
Серкебаев связывает распространение алкогольной культуры с индустриализацией и историческим периодом в составе Российской империи и СССР. Этот этап стал переломным, так как именно промышленное производство стало фактором роста потребления.
"Само по себе производство алкоголя — это мощный фактор для старта его массового потребления, поскольку заводская продукция дешева и производится в большом количестве", — уверен Серкебаев.
Индустриальная среда изменила образ жизни людей, сделав алкоголь доступным способом расслабиться. Однако эксперт предостерегает от спекуляции этим нарративом.
"Если мы хотим жить с электричеством и водопроводом, то этот этап нам нужно было пройти в любом случае. Иначе Казахстан оказался бы в экономической и культурной изоляции".
Серкебаев признает, что издержки индустриализации продолжают проявляться в отдельных социальных кругах, где употребление алкоголя стало способом времяпровождения, выходящим за рамки культурного досуга. Но, по его мнению, это локальная проблема.
Почему молодёжь пьёт меньше
Среди молодого поколения наблюдается снижение интереса к алкоголю, что связано с изменением образа жизни, а не с антиалкогольной пропагандой. Эксперт считает, что отсутствие назойливых кампаний способствует этой тенденции.
"Детство и юность нынешней молодежи приходились на экономический рост Казахстана. Они были знакомы с цивилизационными благами, доступностью информации и путешествиями, что снизило необходимость в культурном допинге, как алкоголь", — говорит Серкебаев.
Употребление алкоголя воспринимается молодёжью как архаичный и трудоемкий ритуал, несовместимый с современной моделью досуга.
"Процесс употребления алкоголя включает множество этапов, что не соответствует современному восприятию культурной среды", — добавляет он.
Эксперт предостерегает от попыток искусственно закрепить эту тенденцию через морализаторство. Прямое давление на проблему может привести к обратному эффекту.
"Классический пример — сухой закон в США, который не остановил потребление алкоголя, а лишь породил теневую индустрию его производства и продажи".
Серкебаев предлагает рассматривать пропаганду здорового образа жизни не как борьбу с алкоголем, а как продвижение привлекательной альтернативы. Например, велопробеги и марафоны подразумевают трезвость, но не требуют прямого упоминания об этом.
Инициативы "трезвых сёл" и их эффективность
Говоря о локальных антиалкогольных инициативах, Серкебаев отмечает, что их эффективность зависит от наличия социальных альтернатив.
"В местах, где у людей нет работы, алкоголь становится частью повседневности. Поэтому ограничения должны сопровождаться реальными альтернативами", — подчеркивает он.
Проблема часто связана с деградацией локальной экономики. Когда населённый пункт начинает терять рабочие места, это провоцирует употребление алкоголя в патологических формах.
Серкебаев считает, что меры должны быть стимулирующими, а не запретительными.
"Запрет должен работать не как 'не пейте', а как отбор. Например, создавая предприятие с ограничениями на употребление алкоголя, мы можем предложить блага, которых раньше не было", — приводит он примеры.
Важно, чтобы такие инициативы были связаны с производственным фактором и были рентабельными. Общий принцип заключается в том, что человек должен сам прийти к выводу о необходимости трезвости, а не делать это под давлением.
"Пришёл пьяный — лишился премии, выпил на работе — лишился рабочего места. Такие механизмы работают лучше, чем навязывание готового вывода: 'не пей, потому что пить нельзя'".
Похожее
