Смерть 18-летнего Ярослава: расследование медиков в Актобе

В Актобе разразилась трагедия, связанная со смертью 18-летнего Ярослава Горбунова. Его семья требует расследования действий медицинских работников, утверждая, что рак был диагностирован слишком поздно, и юноша долгое время лечился от других заболеваний. После служебной проверки два врача получили выговоры, однако родные Ярослава с этим не согласны.

Проблемы со здоровьем

Летом прошлого года Ярослав начал испытывать сильные боли в ноге. Рентген 30 июля показал артроз, а врачи городской поликлиники предположили, что юноша просто подвернул ногу. В частной клинике ему диагностировали плоскостопие и назначили массаж и специальные стельки.

Фото предоставлено родными Ярослава

Состояние Ярослава продолжало ухудшаться: он начал хромать и вскоре стал передвигаться только на костылях. Мать юноши, Светлана Горбунова, утверждает, что врачи не воспринимали жалобы всерьёз и даже подозревали, что он симулирует болезнь, чтобы избежать службы в армии.

"Во время медкомиссии в военкомате сыну сделали флюорографию. Результаты шокировали нас: у него обнаружили поражение лёгких и предварительный диагноз "эхинококкоз". Ярослава положили на операцию в фтизиопульмонологический центр, где врачи увидели, что лёгкое разлагается", — вспоминает Светлана.

Гистологические анализы выявили плоскоклеточный рак лёгкого второй степени, но боли в ноге не утихали. Вскоре Ярослав оказался в инвалидной коляске. Дополнительные обследования показали, что у него саркома четвёртой стадии, а поражение лёгких оказалось метастазами.

Перемещение в Астану

Семье рекомендовали продолжить лечение в Астане, однако для госпитализации родителям пришлось самостоятельно оформлять документы. Преодолев почти полторы тысячи километров на машине, они привезли Ярослава в столицу.

"Прибыв в Астану, нас не хотели принимать. Сказали, что без направления не положат. В Актобе нам не выдали никаких сопроводительных документов. Состояние Ярослава было критическим: он сидел в инвалидной коляске и испытывал ужасные боли", — вспоминает Светлана.

Фото предоставлено родными Ярослава

В Национальном научном онкологическом центре Ярославу начали лечение. Врачи предупредили, что его организм уже поражён, кроме головного мозга, и химиотерапия может не выдержать.

"Я просила хотя бы попробовать", — делится Светлана.

Ярослав прошёл восемь курсов химиотерапии и десять сеансов лучевой терапии. В последние недели он находился в отделении паллиативной помощи, но 28 апреля юноша скончался, не дождавшись своего 19-летия.

Фото Tengrinews.kz

Тело Ярослава было доставлено в Актобе для похорон. Светлана уверена, что драгоценное время было потеряно из-за неправильной диагностики и ошибок в обследовании сына.

"У меня на руках восемь МРТ и КТ, которые делали в Актобе, и все были прочитаны неверно. Нам даже поставили диагноз "эхинококкоз". В Астане спрашивали, как можно было поставить такой диагноз 18-летнему парню? Нужно было сразу брать онкомаркёры", — говорит она.

По словам Светланы, её сын пережил большие страдания и сильные боли, но никогда не жаловался.

"Он не мог спать от боли, но всегда говорил: "У меня всё хорошо". А в это время врачи продолжали ставить неправильные диагнозы", — добавляет мать.

Реакция медицинских учреждений

В актюбинском онкоцентре прокомментировали ситуацию, отметив, что саркома у молодых пациентов встречается крайне редко и может маскироваться под травмы или воспалительные процессы. По их словам, проведена проверка, и к ряду сотрудников поликлиники применены дисциплинарные меры.

"Саркома мягких тканей встречается у одного человека из миллиона. Подобные опухоли могут скрываться под маской травматических или воспалительных процессов. Проведена проверка и организован внутренний аудит", — сообщил директор медицинского центра.

В поликлинике, к которой был прикреплён Ярослав, сообщили о выговорах для участкового врача и травматолога, однако семья считает такие меры недостаточными и намерена добиваться правовой оценки действий медиков.

"К сожалению, мы не смогли уехать за границу — из-за быстрого роста болезни нам категорически не разрешили перелёт. Риск был слишком большим. И ещё раз скажу: в Актобе наш рак запустили", — резюмирует Светлана.

Сейчас семья готовит обращения в правоохранительные органы и Министерство здравоохранения, надеясь на всестороннее расследование и улучшение качества диагностики онкологических заболеваний в регионе.